Previous Entry Share Next Entry
Новые горизонты. От устья Чёрного Луха до Халбужа
deni_spiri


Больше недели прошло, как я вернулся из нового путешествия в Костромской край. Ещё не успел написать пост «Шуя – Южа» (первая поездка на новом авто), но уже спешу поделиться более экстремальным путешествием. Довольно тяжёлыми физически и эмоционально пришлись покатушки убитыми дорогами «Шарья-Пыщуг-Вохма», с конечной целью в далёком селе Луптюг. Несмотря на заверения метеослужб о предстоящих солнечных днях на период поездки, по факту с погодой мне не повезло. И вместо белых "барашек" на голубом небе костромские просторы покрывала серо-сизая пелена пасмурного небосвода, без каких-либо признаков просвета на протяжении четырёх дней. Сегодня я представлю 1-ю часть путешествия «Привет подвеске» — первый день боевого крещения «Тёмной Стали». В тот день немногое удалось углядеть из достопримечательностей края, но испытаний, выпавших на долю железного коня и мою сердечную, выпало сполна.



Изначально планы были грандиозные — на карте маршрута отмечено с три десятка объектов. Однако воплотить в жизнь удалось лишь четверть из намеченного. Причиной тому стали короткий световой день (смеркалось в два пополудни); чем дальше на восток области, тем ниже скорость передвижения (состояние дорожного покрытия ухудшалось пропорционально углублению в дебри лесного края); там не просто припорошило снегом — в свои полные права вступила зимняя пора (речушки сковал лёд, а пеший ход затруднял плотный снежный покров). В преддверии поездки долго думал, куда же отправиться. Рассмотрел множество вариантов. В итоге, отбросив трассы, которые могли бы доставить меня намного дальше, чем костромские дороги, выбор пал на посёлок Вохму, расположенный в 450 км к северо-востоку от Костромы. Дальше — больше. По приезду в Вохму не впечатлился, и продолжил путь далее — в село Луптюг, расположенное в свою очередь в 830 км от столицы. Казань — и та ближе. Что же можно увидеть в такой глуши? Собственно ничего такого, ради чего стоило бы колесить в этакую даль. Туризм стоит в сотнях км от сих мест. Случайных гостей там не бывает, проездом не попасть. Но именно уединённость и привлекла меня. 2000 км с гаком — таков суммарно пройденный путь за поездку. Признаюсь, одному одолевать бездорожье и иные трудности, сопутствующие путешествию в край редких АЗС и едальных заведений, занятие не из лёгких. Но не задумываясь, поеду туда ещё раз, лишь с одним условием — ехать исключительно летом. Даже в невзрачную погоду понимаешь — места там живописнейшие. Край лесов, рек и речушек, диких зверей и птиц (повстречал двух лосей, сову и стаю снегирей).


Впрочем, по порядку. Благодаря помощи одного хорошего человечка теперь новые колёса «Тёмной стали» обуты в отличную зимнюю резину Toyo. Модель с усиленной боковиной показала себя наилучшим образом, позволив преодолеть массу препятствий без каких-либо оказий. Итак, 24 ноября, 23:30. В багажнике: канистра на 20 л., два пледа (для внезапной ночёвки в дороге), полный рюкзак еды и 8 банок энергетика, но главное — боевой настрой (он не в багажнике, а со мной). Под музыку шурша колёсами по трассе, до Костромы добираюсь быстро. В 05:00 делаю привал, трапезничаю в авто. Первое, чему удивился, оказавшись в области, так это присутствию зимы — обледенелые дороги, сугробы, температура минус 9°. Через 420 км настало время покормить и машину. Согласно Яндекс.Картам в пос. Островском меня ждало аж три сетевых АЗС. По навигатору еду в центр посёлка и... Ничего там не застаю. Ладно, думаю, здесь ещё две заправки (ТНК и Роснефть). Не тут-то было! Впоследствии на протяжении всей поездки столкнулся с дезинформацией относительно АЗС. Тех сетевых заправок, что обещают встретить вас вдоль здешних дорог, согласно картам и навигации, не существует. Все "безымянные", на вид годов 90-х. Последнюю сетевую встретил в Мантурово. Чем дальше от Костромы, тем хуже дороги. Скорость всё уменьшалась. Поэтому к рассвету добрался лишь до Макарьева (510 км).


Что ж, пора активировать точки маршрута — сворачиваю в сторону Юрьевца, с намерением добраться до деревни, расположенной в 60 км от поворота. Двигаюсь вдоль берега р. Унжи. Начинаю понимать, что до многих объектов не доеду, ибо время и бездорожье играют против меня. Более того ответвления на заброшенные деревни преграждал "бордюр" из замерзшего и ставшего как камень снега выстою с полметра (образовался при зачистке основной дороги). Через 30 км тряски настолько притомился, что спонтанно сворачиваю на паромную пристань (за плечами 9 часов ночной дороги, хотелось уж размять ноги, получить порцию впечатлений). Указатель на переправу был свежим. Через пару сотен метров становится ясно — пристани не будет — этой дорогой последние несколько лет пользовались разве что лесовозы. Вместе со страхом "не проехать", просыпается азарт "а мож доеду". Со всех сторон меня окружают замёрзшие болота.


Достопримечательностей по пути не встречаю, ибо еду откровенно лесной тропой. Высокий, усиленный профиль резины позволяет проезжать колеи не напрягаясь. Переключившись на полный привод, крошу лёд, не боясь месить спрятавшуюся под ним хлябь.


Ближе к береговой линии появляются старые дорожные знаки ограничения скорости и знак «Выезд на набережную». Выезжаю на открытое пространство — голая поляна — берег реки, где лет десять назад находилась паромная пристань «Николо-Макарово» с курсировавшим на противоположный берег буксиром «Бесов Нос».


В советское время на участке Красногорье - Нежитино (40 км) вдоль берега существовало пять пристаней, с которых постоянно сновали паромы. Из рассказов старожил узнал: по дороге, которой я прибыл сюда, ещё семь лет назад пыхтел автобус, развозивший окрестное население. Пристани давно уж приказали долго жить, как и весь речной транспорт. В Красногорье (выше на 12 км) в 2016 г. выстроили мост — альтернативу паромам.


Оказался я на территории Николо-Макаровского сельского совета. Здесь, по берегам реки, располагаются объекты археологического наследия — стоянки древнего человека. В районе переправы обозначена «Сокольская стоянка», датируемая 3 тыс. до н.э. От прежних обитателей края (не тех, конечно, что жили до н.э.) нам достались неславянские гидронимы: кроме рек Белого и Чёрного Луха, земли прорезают русла Шомохши, Шилекши, Шокши, Вокши, Водгать, Поды и др. На противоположной стороне р. Чёрный Лух, витиевато рассекающая пойменные леса, впадает в русло более крупной р. Унжи. Когда-то отсюда жители прибрежных поселений наведывались в гости в посёлки Дорогиня, Любимовка и др. Теперь надо заложить крюк в 70 км., чтобы попасть в те места.


Пароходное сообщение на Унже существовало с XIX века (об этом я как раз писал в предыдущем посте). Тогда навигация пассажирской линии начиналась в апреле, а заканчивалась в зависимости от уровня воды. Уже с июля Унжа сильно мелела и сообщение завершалось. С 1957 г. навигация стала продолжительной — поднялся уровень воды в связи со строительством Горьковского водохранилища. В 1970-х унженские воды рассекали «Метеоры»! «Ракета», «Метеор» — серия речных пассажирских теплоходов на подводных крыльях. Сейчас даже не верится, что жизнь здесь настолько била ключом. Из Костромы на рейсовом автобусе люди добирались до Макарьева, далее до пристани в Красногорье, откуда на «Метеоре» в Н. Новгород. На фото представлен Дебаркадер-468, постройки 1960 г., на пристани «Козлово», существовавшей 17 км ниже по течению. Подобного проекта дебаркадер стоял и здесь. Принадлежало всё это Волжскому объединённому речному пароходству МРФ РСФСР, а приписано было к Юрьевецкому речному порту.


Сегодня на противоположном берегу жизнь уходит ещё более интенсивными темпами, чем на этой стороне. В 1957 г., когда заполнили Горьковское вдх., вода в Чёрном Лухе поднялась. Землечерпалками в районе устья Луха изменили русло — сделали заводь (затон), где красовались катера и теплоходы, плавучие краны и баржи.Тогда же образовался остров «Лопата», до нач. 50-х являвшийся колхозной территорией, где выращивали овёс. Канал, в результате которого образовался остров, прорыли для удобства прохода водомётных катеров через Федорово озеро в верховья Чёрного Луха, по которому осуществляли сплав леса. На том берегу в 1950-х выросли посёлки Горчуха, Первомайка, Дорогиня, Любимовка — с населением 1000 - 2700 чел. Например, в Горчухе на 1989 г. проживало 2200 чел, в 2014 г. – 990. Была проложена узкоколейная железная дорога. Тогда же образовывались питомники хвойных пород деревьев. Семенами высаживали ели и сосны, а после всхода пересаживали на делянки.Таким образом лесничество восстанавливало вырубленные леса. Нынче же идёт вырубка леса вне каких-либо экологических регламентов.


Изучая историю унженского края, часто встречал высказывания, что многое было воздвигнуто руками заключённых УнжЛАГа. И здесь наткнулся на очередную попытку очернить прошлое, когда пытались списать появление посёлков силами зэков в 1930-е. Однако местные, что выросли в том краю опровергли мифы: «Наша семья приехала в Дорогиню 1-го мая 1954 г. Как такового посёлка ещё не было, а стояли на берегу Чёрного Луха три барака (контора, столовая, общежитие), в которых жили семьи отнюдь не заключённых... Жители работали кто на сплаве леса, кто в мастерских по обслуживанию и ремонту речных судов... Посёлок рос — вырастали дом за домом, улица за улицей, открылись начальная школа, больница, клуб и детсад». На конец 70-х население Дорогини насчитывало почти 1000 чел., сегодня их менее 300. Закрыта УКЖД, заброшены мастерские и т.д. Начиная поездку, думал: «было бы здорово повстречать побольше опустевших поселений в поисках крестьянских изб». Но уже на сл. день понял, что мысль нужно формировать иначе: «было бы здорово повстречать хотя бы одну из десяти жилую деревню». После Пыщуга, Павино, а особенно в Вохомском районе полу- или полностью заброшенных селений чуть ли не поровну с жилыми. Спутниковый снимок тех мест, о которых идёт речь, а также схема моего плутания среди лесов и полей прибрежной полосы.


После засвидетельствования сурового зимнего пейзажа, решаюсь испытать авто. Рванул в самую чащу. Но уже  через 15 минут любования окружавшими меня корабельными соснами (жаль не зафотал), понимаю, что дезориентирован. Повернул туда-сюда; уткнулся в топь; в бревно поперёк; задним ходом не дать, как и не развернуться. Вспотел. Думаю: «надо выбираться, теперича не до красот». Конечно, при крайней необходимости я смог бы с риском для колёс и днища (хоть оно у меня и защищённое) развернуться. Но куда? Ориентиры среди деревьев и снежного покрова едва различимы и понятны мне.


Выбрал направление "прямо", куда-нибудь да выведет. Выход нашёлся: через N-ое время выбрался на окраину огромных полей, в наше время взявшихся молодым ельником и березняком.


«Уф!» — в буквальном смысле выдохнул я, завидев вдали колхозные постройки. Вообще край поражает своей разрухой. Словно чума поразила тысячи гектар костромских земель. Поселения возрастом в 400-500 лет исчезли за какие-то 20-30 лет. В здешних районах практически в каждом селе были фермы, МТС и проч. аграрные хозяйства. Всё умерло. Сотни руинированных построек исчезнувших колхозов то там, то здесь своим видом рисуют печальную картину отсутствия жизни. А ведь карты, различные реестры, Википедии и мапии — все сообщают о наличии несуществующих сегодня наспунктов, дорог, предприятий.


Заглянув в топографическую карту, понял — я в деревне Сокольское. В XV-XVI вв. эти земли входили в состав Кусской волости (от названия р. Кусь), которой владел боярин Годунов: «боярин Г.В. Годунов в Кусской вол. дикий пустой лес вёрст на 20-30 по реке Чёрному Луху отдал на откуп крестьянину Унженской волости Первушке Матюкову за взнос в казну мёду по пуду на год, да пошлин 5 денег, а окольные показали, что владетели этого леса лет 40 или 50 назад побиты в войну луговою черемисою (мордва, чуваши) и померли от поветрия». С 1631 по 1764 гг. все деревни принадлежали Макарьевскому монастырю. Указом Екатерины II монастыри  лишены права владения крестьянами (стали государственными). Казённые жители были прикреплены к земле и платили в казну оброк. Кроме оброка крестьяне несли натуральные повинности, такие как пожарная, полицейская, дорожная, подводная, рекрутская. Без разрешения общины крестьянин не мог отлучиться от своего хозяйства более чем на 30 вёрст.


Источниками дохода населения кроме земледелия были ремёсла и отхожие промыслы. По весне мужчины отправлялись в верха Унжи и нанимались на сплав леса. А после окончания полевых работ уходили на "жгонку" — занимались изготовлением валяной обуви. Эта тяжёлая и грязная работа позволяла получить дополнительный доход, без которого прожить было сложно, т.к. урожайность земель была низкой. Одной из самых трудных повинностей для крестьянской семьи являлась рекрутская. В то время служба продолжалась сначала 25, затем 15, и только после 1871 г. 10 лет. Уволенные в запас воины пользовались почётом и уважением. Если крестьяне в метрических книгах вплоть до 1890-х писались без фамилий, а только по отцу, то отбывшие военную службу — с фамилией.


Глядя на сию разруху, сложно представить, что соседнее Николо-Макарово (500 м от Сокольского), посещала экспедиция по изучению жгонского языка. В 1961 г. Пензенским педагогическим институтом в Макарьевский р-н была организована спец. экспедиция с целью получения макс. количества лексики жгонского арго. Жаргон (арго) — так называемый «жгонский язык» возник как неповторимый говор ремесленников. Язык жгонов имеет как мерянские корни, так и неразрывно связан с офенским языком — вымышленным жаргоном владимирских коробейников. Считается доказанным, что именно «офенский язык» лежит в основе всех других языков ремесленников-отходников (шерстобитов, шорников, портных и т.д.).


Экспедиция состояла из студентов историко-филологического факультета. В пределах района записали лексику арго около 20 селений. Участники экспедиции проверяли на месте «Словарь языка шерстобитов» (шерстобит — кустарь, взбивающий шерсть для прядения), отмечая расхождения в материальной и семантической (смысл) стороне слов, а также случаи исчезновения ранее записанных слов. Интересовал вопрос, что осталось от 650 слов, записанных В.И. Далем и Лури более века назад. В 1963 г. организована ещё одна экспедиция, работавшая в Макарьевском и в Мантуровском районах. Группа обследовала селения: Малые Пузыри, Пузыри, Ярцево, Онуфриево, Шемятино и др. Во многих я побывал. Почти половина из них к нашему времени опустела. Из рукописных источников и путём полевого изучения условной речи в различных областях были получены сведения о составе лексики жгонского языка. В 1980 г. напечатан «Словарь жгонского арго». Сейчас такое сложно представить. Найдутся ли средства, желание? Вот так, вместе с разрушенной экономикой пустеют сёла, а с ними уходит наша история, традиции, корни. При всём при этом не может не огорчать статья, посвещённая постройке в Николо-Макарово деревянной церквушки: «...Как мы убедились на многочисленных примерах, 70 лет гонений на православную веру оказались бессильны перед тысячелетней историей православия в нашем Отечестве... Деятели политики, экономики и культуры должны подумать и решить, куда нужно направить свои усилия, чтобы не вступить в спор с Божьим промыслом... Попытка власть предержащих использовать храмы не по их назначению — бесполезное дело, чреватое бедами. Жизнь людей при наличии храма и их участие в церковной жизни наполняют красотой, высокими нравственными традициями и устоями, облагораживают жизнь в целом». Подобных речей неимоверно абсурдных, глупых, основанных на мифах нынче полным-полно. К тексту приложены фото небольшой группы старушек на освящении храма. И как можно писать такое? Когда сегодня в составе Николо-Макаровского сельского поселения из 27 деревень — 18 с населением от 0 до 10 чел. Так кого и когда наказывает Господь?


В Сокольском слегка заплутал. Из-за обледенелой земли, торчащей словно острые камни, совершать манёвры весьма затруднительно. Пришлось обратиться к местному жителю с просьбой указать путь на "большую дорогу". Думаю, тот был удивлён увидеть заблудшего туриста (если ему вообще было дело). Впрочем он шутканул, что асфальтированных дорог тут давно уж нет. Это я, видать, с усталости брякнул «скажите, как выехать на асфальт». А усталость действительно стала одолевать. Признаюсь, в эту поездку в разные дни раз 20 терял связь с реальностью — так крепко заключал в свои объятия Морфей, намереваясь отправить меня в царство Аида. Вот и здесь, по пути в Макарьев, открываю глаза, а я на встречке! Слава покровителю путешественников богу Велесу, что не дал мне пасть в неравном бою с древнегреческими богами. Даже выпитые 2 литра энергетика уже не спасали. Посему для паузы заехал в Красногорье. Ничего интересного. Подкрепился, оклемался, погнал дальше. Относительно, конечно, погнал. После Макарьева стал заезжать в маршрутные точки, но везде безуспешно: д. Пузыри представляла из себя оголённые заброшенные срубы; д. Шемятино большая и жилая, но ездить там не захотелось. В итоге посетил лишь село Угоры, где первым делом заглянул на территорию «Колхоза имени XXI партсъезда».


Надо же было что-то привезти из поездки первого дня окромя фото «Тёмной стали». Вот, привёз фото заброшенной сельхозтехники.


А покамест её разглядываем, расскажу о заброшенных заводах, что лежали на моём пути. В нач. 60-х в нашей стране началась масштабная кампания по строительству заводов-гигантов. В 1964 г. в Мантурово (в 35 км от Угор) возводится биохимический завод — 58 объектов, 13 км ж/д путей и 2000 рабочих мест. Готовый продукт — кормовые белковые дрожжи — биодобавка в корм для всех видов сельскохозяйственных животных, птицы и прудовых рыб. Мантуровский завод должен был стать лидером гидролизной промышленности СССР. Так было до 1990-х. После завод сменил профиль и предстал в виде двух предприятий: одно по производству "медпрепаратов" (футляры для аптечек, крышки алюминиевые, пластмассовые тарелки и стаканы; перевязочные средства; лигнин лечебный, таблетки для ванн и т.п.); второе — производство марлевых салфеток.




Страшное впечатление производит завод «Мантуроволес», огроменные руины которого располагаются на окраине города. Ещё в 1912 г. бельгийская фирма «Дандрэ и Корбо» построила на берегу Унжи небольшой лесопильный завод. На его базе в советское время были образованы сплавная контора, леспромхоз и лесозавод №5, которые в 1976 г. объединились в одно большое предприятие «Мантуроволес». В 1989 г. численность работников составляла более 2.5 тыс. Но в 2008 г., не сумев преодолеть экономический кризис, оно признано банкротом. Это означало конец истории одного из крупнейших лесозаготовительных предприятий Костромской обл. «Мантуроволес» оставил заметный след в истории края: за счёт него были построены детсад, жилые дома, клуб, магазин, городской спортзал и др.


В 1935 г. на базе кузницы появилось крошечное литейное производство, со временем выросшее в Литейно-механический завод (1976 г.). Продукция мантуровских литейщиков использовалась не только в Костромской обл., но и далеко за её пределами — на Камчатке, в Санкт-Петербурге, Свердловске и т.д. В 1977 г. одному из видов продукции — школьной мебели — присвоен государственный «Знак качества». До 20 тыс. комп. школьной мебели ежегодно завод поставлял в 12 областей (Московскую, Ленинградскую, Калужскую, Ярославскую, Владимирскую и др.), в Краснодарский край, Удмуртию и Коми АССР.  Завод так же не сумел найти пути выживания в условиях новой рыночной экономики. В 1993-м закрыт литейный цех; мебельный цех продолжал выдавать школьную и кухонную мебель. Однако продукция уже не находила прежнего спроса.




В 55 км от Мантурово другой город — Шарья. Одно из ведущих деревообрабатывающих производств «Шарьядрев» теперь принадлежит «SWISS KRONO Tec AG» (Швейцария). Примечательно, что на гербе Шарьи 1974 года была изображена композиция из сосны, колоса и циркулярной пилы. Колос — символ сельского хозяйства — производящего сектора экономики, а не расходующего лесные богатства, как в наше время. Последние десятилетия вся область выживает исключительно продажей леса. Герб 2004 года уже не содержит колоса и пилы, ибо нет в регионе промышленности, нет сельского хозяйства. Нелепо выглядит обоснование символики нового герба Шарьи. Выдержка: «Золото — символ высшей ценности, богатства, величия, постоянства, прочности, силы, великодушия, интеллекта... Лазурь — символ истины, чести и добродетели... Серебро — символ совершенства, благородства, чистоты, веры, мира». Подобные изречения на фоне регресса выглядят пафосом.


Зафотал бензобак, как олицетворение всего происходящего в стране.


Как видно, все фотографии пришлось обработать фильтрами. Иначе серость и безликость.


В 30 км от Шарьи — Якшанга, где существовал гигантский Леспромхоз. На тамошних лесозаготовках были введены передовые прогрессивные методы труда (технология лесосечных работ с сохранением подроста). Гости из Финляндии, Японии и даже Индонезии изучали опыт работы якшангских лесозаготовителей. В 2001 г. комбинат признан банкротом. Список исчезнувших предприятий можно продолжать бесконечно, а я рассказал лишь о небольшом участке нашей огромной страны. Впрочем, на нём можно спроецировать всю ситуацию в целом по России. Ведь во всём виноват Советский Союз, при котором население Якшанги в 1989 г. – 3270 жит., 2017 г. – 1070. Мантурово на 1930 г. – 3300 жит.; 1989 г. – 22452; 2017 г. – 15619. Шарья в 1926 г. – 14300, 1989 г. – 27062, 2017 г. – 23912 (при этом по Шарьинскому району на 2014 г. минус 6000 сельских жит.).


Что ж, оставим политику. Итак, село Угоры. Современное село включает в себя четыре наспункта: село Халбуж, деревни Железцово, Малые и Большие Угоры. Первоначально в документах употреблялось название «Халбуж, Степурино тож», но уже в кон. XVIII века окончательно утверждается более древнее название — Халбуж, имееющее финно-угорские корни. Из Дозорной книги 1617 года уже известно о существовании Степурино, Железцово, Угор и Угор Малой, которые имели по 2-3 двора.


В 1654 (56) г. в Степурино возводится деревянная церковь «Воскресения Христова да святыя мученицы Пятницы в Унежской осаде в Верховской волости в вотчине боярина Никиты Ивановича Романова». В 1700 г. в Халбуже построен деревянный Ильинский храм. В 1726 г. поп Тимофей Семёнов писал: «сего 1726 г. апреля 12 дня церковь Воскресения Господня, что в Халбуже, от алтарного горна сгорела... а чтоб повелено было указом на сгорелую церковь лес ронить». Через три года была освящена новопостроенная церковь. Существующая в наши дни каменная Воскресенская церковь построена в 1817 г. на средства коллежского асессора П.А. Яковлева и прихожан. Именно в ней в 1822 г. венчались 35-летний генерал-майор М.А. Фонвизин и 17-летняя Н. Апухтина, которую пушкинисты считают прототипом Т. Лариной. В годы Великой Отечественной войны в церкви располагался детский дом № 55, в котором воспитывалось более 300 детей, эвакуированных из блокадного Ленинграда.


Все угорские деревни и починки в XVII в. были расписаны «служилым людям» по 10 крестьянских дворов каждому. Среди первых помещиков были представители известных дворянских фамилий: Неклюдов, Беклемишев и др. Земли около дер. Железцово были отписаны церкви села Халбуж, что стало «яблоком раздора» между священниками и крестьянами. В 1694 г. крестьяне выбросили межевые столбы, запахали и засеяли землю. Комиссия, прибывшая из Макарьево-Унженского монастыря, признала эти действия незаконными, и урожай был снят для нужд церкви.


Хозяева угорских крестьян неоднократно менялись. Одни из них разорялись, продавая имения богатеющим соседям, другие, не имея наследников, завещали земли дочерям, которые, выходя замуж, меняли фамилии. Большинство богатых помещиков предпочитали жить в Москве или СПб, изредка беспокоя местных управляющих своими приездами. Несмотря на то, что имения на угорской земле имели около двух десятков помещиков, усадеб (в полном смысле этого слова) до 1792 г. на уездных планах не отмечено. Лишь в ревизских сказках 1816 г. упоминается господский дом в сельце Давыдово, принадлежавший М.П. Апухтиной (рядом вскоре появится усадьба «Отрада», история которой тесно связана с именами Натальи и Михаила Фонвизиных).


Урожаи окрестного населения, сеявших в основном рожь, ячмень и лён, имели средние показатели по уезду, поэтому у них довольно рано начинает развиваться отходничество. Десятки угорских мужиков уходили зимой на «жгонку» (изготовление валенок) в Вологду, Вятку и Н. Новгород. Не владевшие этим ремеслом занимались заготовкой леса или плотничали в окрестных сёлах. Церковь богатела и обустраивалась, а население в приходе становилось все меньше и меньше. Причины были те же, что и для всего уезда — рекрутские наборы, наборы на строительство столицы и на верфи. Пустели деревни и починки, исчезая с лица земли или превращаясь в пустоши.


Священнослужители имели высокий авторитет у прихожан. Однако открытое в 1869 г. в доме священника Санина приходское училище, на 20 мальчиков, просуществовало только три года. Никак не удавалось организовать крестьянских детей для обучения их грамоте. Деятельность земства, успешно открывавшего свои школы в др. регионах, по неизвестной причине не охватывала угорские земли. При поддержке Костромского епарх. училищного совета в 1890 г. в Халбуже была открыта школа грамоты. Но в 1893-м и она закрылась. Спустя три года состоялось открытие уже церковно-приходской школы, где в 1898 г. помощником учителя служил будущий революционер И. Любимов. В своих воспоминаниях он отмечал людей «передовых взглядов» — учителя М. Лебедева и сына местного торговца А. Соколова.


В Больших Угорах от земства был оборудован хлебный магазин (в нём продавали в основном зерно для посева). Там же в списке малых промышленных предприятий уезда числился мыло­варенный завод. Земство поддерживало содержание почтовой станции Малых Угор, ибо основные расходы нёс содержатель крестьянин П. Кузьмин. Кроме того в М. Угорах находился казённый винный магазин, который содержал Н. Демидов. Единственными «промышленными заводами» кон. XIX века в округе были две мукомольные мельницы.


Несмотря на выгодные транспортные условия — наличие тракта, пароходное сообщение с Кологривом и Юрьевцем, и открытое в 1908 г. почтово-телеграфное агентство — проблемы крестьян были связаны с торговлей. Земская управа не в силах была решить эту задачу. Объявленные три ярмарки в году не отличались обилием товара и постепенно становились всё малолюднее. С откры­тием санного пути по понедельникам в Угорах устраивался базар. Основными товарами на ярмарках и базарах была продукция крестьянского хозяйства, водка из Ветлуги, изделия местных мастеров: корзины, санки, валенки. Зажиточные крестьяне везли свою продукцию в Мантурово и в Ветлугу, окупая свои транспортные расходы более выгодной продажей. Наиболее богатые крестьяне скупая землю, занимались продажей леса. Открывали свои лавки. Правда, на 1894 г. числилось всего три торговых заведения. В тоже время росло число отходников, в основном жгонов, но уже осваивали отход и портные, ранее работавшие только на местах. На этом, пожалуй, закончу историю древнего села. В наши дни Угоры переживают, наверное, свои худшие времена.


После предстоял путь в 100 км через Мантурово в Шарью, где на будущие дни у меня была отправная точка. Снять место ночлега территориально дальше Шарьи не представилось возможным. А пока еду за лесовозом по весьма неплохой дороге (участок между выше обозначенными городами). По пути выявил ещё один плюс неказистой мульти-системы в Рено — телефонный разговор в режиме «свободные руки». Не раз пользовался в дороге. Оценил. Весьма удобно.


В начале четвёртого пополудни я-таки добираюсь до Шарьи, оставляя позади 720 км и в общей сложности 15 часов за рулём. Устал жутко. Но более жутко оказалось остаться в той квартире, что забронировал. Вместо матрасов — вязаные покрывала, на окне отсутствие штор, поломанные кресла и т.д. И самое ужасное это наличие соседей. Прямо в комнате. О них узнал лишь в пятом часу утра, когда зашуршали пакеты с моими вещами. Утром состоялось более обстоятельное знакомство — мыши не менее моего были удивлены чужому присутствию, как и я ихнему. Так что выспаться в последующие ночи мне ни разу не удалось. Потому всегда находился на грани яви и сна. На фото: вид из окна на городской квартал Шарьи.


Второй день ознаменовался поездкой в самую дальнюю точку маршрута — в село Луптюг. Но об этом рассказ во второй части.


При создании поста использован материал следующих источников:
- Историко-краеведческое издание "Костромская сторона".
- История села Николо-Макарово
- описание и воспоминания жителей пос. Дорогиня
- Т. Красовская "Жгонский язык"
- сайт "Водный транспорт"
- "В поисках остатков жгонского языка"

  • 1
вот ты отважный путешественник - в такую погоду за 800 км уехать в глушь!
места, конечно, потрясающие. По истории, насчитывающей сотни лет, и по нынешнему состоянию. Живые люди хоть есть в этих селах? такое ощущение, что никого нет, все брошено.
В нашем северном климате работать на земле весьма сложно, без поддержки государства не будут люди в такой глуши жить...

Понимаю твою тягу к дороге - сидеть на одном месте просто скучно и неинтересно, а смена обстановки и новые впечатления и составляют радость жизни.

Привет, Марьяша! )
Приятно слышать! И не говори, угораздило меня одному поехать в такую погоду, в такую глушь. И заправиться негде, и покушать. ))) Честно, в те дни в Москве и снега-то не было. Я думал, что с лёгкостью доберусь до многих деревень, а по факту там уже настоящая зима. Да ещё и темнеет рано. Но ты очень верно подметила: «сидеть на одном месте просто скучно и неинтересно, а смена обстановки и новые впечатления и составляют радость жизни» — золотые слова!
Вообще не легко мне далась поездка. Постоянный недосып. Я, по правде, десятки раз засыпал за рулём. Сейчас содрогаюсь при воспоминаниях. Впереди ещё будет масса интересного: доберусь до двух заброшенных деревень, увижу роспись по дереву в избе 19 века, пообщаюсь с бывшим директором совхоза, погоняю в ночи при 140 км/ч и т.д. Только вот затратны финансово теперь стали дальние поездки. Львиную долю забирает бензин.
Места действительно потрясающие. Летом непременно побываю ещё раз. Была бы погода хоть хорошая. А так, видишь, пришлось снимки обрабатывать, чтобы хоть как-то завуалировать серость.
Живут ещё люди. Но полностью жилых поселений практически нигде не встретил. Везде есть покинутые жилища, а особенно заброшенные общественные здания. Ещё пару десятилетий такой политики и никого там не станет. Именно, что без поддержки государства в таких географических и климатических условиях не потянуть хозяйство. Всё верно.
Спасибо за комментарий, Марьяна! )

Спасибо за рассказ. Благодаря вашему журналу мечтаю на старость купить домик на Унже. Только пока в сомненьях, поселиться со стороны Дорогини, Первомайки ( тут есть дорога на Нижний ), или со стороны Макарьево. Где места живописней на ваш счёт? Сам с Нижнего Новгорода, рядышком. Так что пишете историю Костромской губернии уже не зря:)).

Рад, что понравилось, что пригодилось! )
Унженские места действительно живописные. По моим наблюдениям, селиться вернее со стороны Макарьева. И дороги лучше, и снабжение, и признаков жизнь по-более. Да и город рядом. Сторона Дорогини по определению вымирает и будет ещё хуже, ибо сплава леса уже нет. Рабочие посёлки лесозаготовителей долго не живут. Значит вся инфраструктура там не в пример хуже, чем на стороне Красногорья. А природа хороша везде. Вдоль любого берега Унжи не составит труда найти место по душе, но ведь и о хозяйственной стороне надо подумать, а её я описал выше. Определённо, для начала надо попробовать доехать из НН до Дорогини/Первомайки. На картах везде дороги, но в жизни, да ещё смотря в какую погоду...
Спасибо! Буду писать.

Мне очень понравился этот рассказ, он весь целиком "безумству храбрых поем мы песни!" (историческую справку пропустила) Я бы точно в такое путешествие не поехала, а вот почитала с шевелящимися волосами:)
Интересно приезжать в городки типа Шарьи и удивляться как они там живут. Поэтому понравилось про соседей. Хотя конечно понимаю, что после такого пути хотелось бы комфорта...
Так что все отлично и фотки и текст - ждем-с следующей части про дома и проч!

Привет, Катя!
Рад это слышать. Спасибо! )
Волосы у меня шевелились, когда шёл в вымершие деревни, а по пути у меня сплошные волчьи следы, да столько, что и впрямь было страшно. Напомнило наш поход в Улошпань. Вокруг поля и лес. Бежать было бы некуда. )
Шарья мне не понравилась. О ней упомяну в конце повествования. Хорошим моментом там оказалась лишь столовая возле вокзала. Конечно, ты, как никто другой, понимаешь насколько важен комфорт и отдых после и перед дорогой.
Фотки на смартфон. Он на самом деле не вытягивает при таком освещении и самом "пейзаже" — снег, пасмурно, дома и лес чёрные. Пришлось придумывать какой фильтр скроет недостатки. Постараюсь не затягивать с продолжением. Ещё раз спасибо!
P.S. На счёт «безумства храбрых». Вот, куда меня занесло в другие дни




Будьте поосторожнее в таких путешествиях. А репортаж очень содержательный и печальный(.

Благодарю!
Да уж стараюсь быть осмотрительным, насколько это возможно в формате подобных путешествий. А совсем без азарта и адреналина нельзя. Надо иногда и "голову терять" (например, очень-очень захотеть увидеть северные избы), чтобы это тобою двигало. Иначе путь только в туризм.
Репортаж печальный, ничего не скажешь. Собственно тематика моих интересов такая — прошлое, глубинка, заброшенное... И рад бы написать более позитивное, да разве там такое углядишь? Ни под каким углом.

Это ещё хорошо, что подморозило. По нынешним тёплым местным хлябям вообще можно было потонуть прямо на грунтовой дороге)
А под Георгиевское не заезжали? Славное было место, с богатой историей. Где-то там была деревенька Верхнее Акатово (иногда пишут Окатово), которую основал мой прадед в седьмом колене. Дом разобран на дрова еще в 70-е годы ((
Через заброшенный биохим бегали на рыбалку. Незабываемые впечатления остаются, когда бредёшь по руинам в предрассветной тьме.
Мантуровский лесозавод №5 после себя оставил ещё и топоним. Весь тот местный жилой район вокруг завода так и называется - "пятый". Ну и соответственно микрорайон рядом с фанерным заводом № 9 называется "девятым" =) Фанерный благополучно пережил лихие времена и работает.

Edited at 2017-12-07 08:46 pm (UTC)

Да по мне, как раз наоборот жаль, что подморозило. Не думал, что у вас уже зима. Грязи моё авто не боится. У неё платформа, как у Dusterа. Если с умом подойти, то можно много, где проехать.
Если речь о Георгиевском, что на Меже, то туда не заезжал (пока только в планах).
На счёт заводский ойконимов (топонимы для наспункта) забавно!
Хорошо, что хоть что-то попрежнему функционирует. А как на счёт мяско-, сыродельного комбинатов и льнозавода, они существуют?
В сл.раз хочу пройтись по территории бывшего химзавода и, если получится (не знаю под охраной или нет), заглянуть на Мантуроволес. Хоть промышленные забросы не моя тематика, однако огроменные руины впечатлили.
Спасибо за комментарий!

"Но более жутко оказалось остаться в той квартире, что забронировал. Вместо матрасов — вязаные покрывала....." - вот по этому я и ночую или в палатке или в машине.... Да и всем рекомендую.
Да и в ноябре, декабре, январе ездить далеко смысла нет - короткий световой день. В это время я предпочитаю прокатиться куда поближе, пусть даже по знакомым местам.
А так путешествие отличное!

На счёт ночёвки согласен с тобою, Денис. Летом так и планирую. Не все ночи, конечно, ведь надо и душ принять, и выспаться как следует (так что когда-то надо в мотеле переночевать). Но в планах приобрести газовую плитку, чайничек и всё такое.
А в эти дни я б замёрз в машине ночью. )
И тут ты верно говоришь: «ездить далеко смысла нет». Просто засиделся я, целый год был без поездок (всё старые отчёты писал). Поэтому душа требовала. Поближе нет ничего интересного для меня. Все усадьбы и храмы, что привлекали лет 5-6 назад, теперича не торкают. Мне глушь и даль подавай. )
Рад, что понравился отчёт. Это только первый день, дальше будет ещё интереснее (на 3-й посетил две заброшенные деревни). Спасибо за комментарий!

Путевые заметки, безусловно, интересные, но постарайтесь не искушать судьбу и вовремя останавливаться на отдых - другим водителям совсем не хочется видеть спящего на "встречке".

Спасибо! Да я стараюсь. Относительно опасности для других водителей полностью с Вами согласен. Но, поверьте, на тех дорогах встретить ещё машину, кроме своей, уже за радость. Порою десятки км и ни одной. Ну, и конечно, это мой стиль изложения. На встречку выехал лишь раз (на глухой дороге), и то сразу сделал паузу (Красногорье). Так что отдаю себе отчёт в этом. Как только начиналась борьба яви и сна, принимал меры (открытые окна, музыка, побольше скорость и т.д.). Один раз, когда откровенно понял, что не выдерживаю, перелёг на заднее сиденье, укутался в пледы и поспал. )

Экстрим однако,но интересный)

Спасибо!
На 3-й и 4-й дни выпало ещё больше испытаний. ) Весь экстрим впереди!

Во чего забыл спросить - а какую резину на зиму взял?

Toyo observe G3-ice. Модель 2017 г., с усиленной боковиной, новой формой крепежа шипов и главное — made in Japan. )

Ёмоё, занесло тебя!Привет Денис!
Этой России уже нет. Как на др. планете...История интересная, почитала, аж голова заболела....Ничего уже не вернёшь. Всё пропадёт. Жалко. Это называется бесхозяйственность или спец.заказ запада....уничтожить Россию...
Спасибо тебе!Настрадалась я чёт тут((((
Машина здОрово смотрится. Долгой ей жизни, а тебе удачи!

Edited at 2017-12-12 01:21 pm (UTC)

Здравствуйте, Катерина!
Да уж, занесло так занесло! )
Пост вышел информационным, ничего не скажешь. Уже написал продолжение.
Спасибо за пожелания!

Комментирую по ходу чтения: для бешеной собаки 2000км... ))) Аааа, возьмите летом меня... Оооо, оказывается, снегири еще существуют... Зачем же так себя не жалеть?... Но какая масса информации в каждом посте! Спасибо.

Я не бешеная собака... ))) А увлечённый человек! Но пословицу знаю.
Такие поездки не для девочек, поверьте. Даже мне было тяжко. В последующих отчётах это будет более очевидно. На счёт снегирей и сам удивился. Последний раз, помнится, видел их лишь в детстве. Если себя жалеть, то легко сдаться (не поехать, не пойти, перестраховаться). Только адреналин! Да уж, информации много, бесспорно. ) Взаимное спасибо! Рад, что понравилось. Готова уж вторая часть.


Edited at 2017-12-14 09:26 pm (UTC)

Добрый вечер, Денис! Фотографии как всегда шикарные, спасибо!
Берегите себя - энергетиками и фастфудом сожжете желудок, надо все-таки беречь здоровье. А то заболеете и кто вместо Вас путешествовать будет? Не оправданный риск здоровья и жизни.
Не смотря на некоторые разногласия, продолжаю смотреть Ваши статьи )

Здравствуйте, Владимир!
Признаюсь, удивлён. Приятно удивлён, конечно.
Спасибо! Рад, что понравились фотографии, ибо сделаны они не в лучших погодных условиях, да ещё и на смартфон. ) Покамест не приобрёл себе приличную фототехнику.
Да уж энергетики и прочее — это меньшее, чем я мог/могу навредить своему здоровью. Ведь я столько лет "в спорте" (и по-прежнему в нём), а вот там вынужден принимать реально опасные препараты. Так что риск энергетика в сравнении с "химией спорта" это цветочки. ))) Как говорится, всё что мог уже испортил и повредил. Но, благодарю за предостережение!
Очень замечательно, что продолжаете следить за моими путешествиями. Как видите, они возобновились после годичного перерыва. Теперь на новом авто. Надеюсь, летом откроются гораздо большие перспективы.

Очень интересная историческая справка! Я мечтаю когда-нибудь добраться самому до истории, а не поверхностно смотреть, как сейчас.
И да, все тут пишут "какой кошмар, глушь" и т.п., а я никакого кошмара не вижу) сам так езжу. Вот только 2 недели назад ночевали в заброшенной избе под Парфеньево, нарядив ее по-новогоднему)
Может попробуем куда нибудь совместно катнуть?

Спасибо! А мне наоборот нужна история, чтобы ездить.
Ну, такой формат (твоего НГ) для меня не под силу. Здесь и сноровка нужна, и снаряжение и проч. Летом вот планирую нечто подобное, но и то спать буду в авто.
На счёт совместной поездки можно попробовать, но не уверен, что моя Сталь настолько проходима как твой внедорожник. Пиши Вконтакт, там обсудим.
Смотрю, ты увлёкся "фишаем". Просматривал твои последние посты.
А игра со светом вышла интересной. Домик украсили и всё такое. ))

  • 1
?

Log in

No account? Create an account